4. Изъятие церковных ценностей

Принятый в январе \(1918\) года Декрет о свободе совести, церковных и религиозных обществах привёл к тому, что церковь оказалась в угнетённом положении. Большевики проводили активную антирелигиозную политику, пропагандируя атеизм.

 

В \(1921\)–\(1922\) гг. на территории советского государства был массовый голод, который был вызван рядом причин: засухой, террористическими действиями продотрядов, разрухой в сельском хозяйстве из-за Гражданской войны. Наиболее серьёзно от голода страдали жители Поволжья и Южного Урала.

 

В феврале \(1922\) года был принят декрет «Об изъятии церковных ценностей для реализации на помощь голодающим». Под предлогом помощи голодающим власти начали проводить ещё более масштабную антицерковную политику.

 

  

В соответствии с декретом власть имела право изъять у церкви любые предметы из драгоценных металлов, но в действительности это касалось любых ценностей.

 

Патриарх Тихон публично осудил действия большевиков, за что в дальнейшем против него было заведено уголовное дело, и он был на некоторое время заключён под стражу.

 

Первоначально церковь получила разрешение о самостоятельном сборе имущества для помощи голодающим. Но в дальнейшем в дело вступили комиссии по изъятию. Ценности чаще всего переплавлялись, а вырученные деньги нередко шли на проведение антирелигиозной политики большевиков.

  

 

Во время проведения кампании по изъятию ценностей происходило множество столкновений властей как с духовными лицами, так и с обычными верующими. Завершалось всё расстрелами, арестами, лишением свободы.

 

В мае \(1922\) года появилось раскольническое движение под названием обновленчество. Оно было сформировано в первую очередь по инициативе властей. Туда входили наиболее лояльные представители духовенства. Обновленцы стояли за так называемое обновление церковной жизни, предлагая адаптировать церковную практику и обряды к новым социальным и политическим условиям. Они поддерживали идеи активного вовлечения церкви в общественную жизнь, пропагандировали совместимость православия с принципами коммунизма и советской власти.